Власти России готовы сами запретить поставки энергоресурсов на европейский рынок. Речь в первую очередь идет об СПГ. Его запрет сейчас еще сильнее ударил бы по Европе, которая и так оказалась самой пострадавшей от ближневосточного конфликта. Раз ЕС и так хочет избавиться от нашего газа, то России выгоднее пойти на опережение. В чем здесь логика?
Президент Владимир Путин на совещании в Кремле поставил правительству задачу оценить целесообразность прекращения поставок российских энергоресурсов на европейский рынок. По его словам, не стоит ждать, «пока перед нами демонстративно захлопнут дверь, а сделать это уже сейчас и увести эти объемы с европейского рынка на более интересные направления, ну и закрепиться там, что самое главное».
ЕС планирует уже с 25 апреля запретить импорт СПГ по краткосрочным контрактам, с 1 января 2027 года – по долгосрочным контрактам, а с ноября 2027 года – и трубопроводные поставки газа из России.
Тем временем лидеры стран ЕС пытаются найти решение против роста цен на энергоносители. Газета Telegraph не исключает, что ЕС может пересмотреть план по поэтапному отказу от российского СПГ к 2027 году. Потому что закрытие Ормузского пролива может привести к сокращению до четверти мировых ежемесячных поставок сжиженного природного газа.
Однако Россия готова сама пойти на такой запрет. Речь идет, скорее всего, именно про запрет поставок СПГ, потому что поставки нефти уже и так остановлены, в том числе по нефтепроводу «Дружба». Кроме того, президент говорит об энергоресурсах, которые легко перенаправить на альтернативные рынки, а трубопроводный газ перенаправить не так-то просто. Это требует подписание коммерческого контракта и строительства газопроводов, что не всегда происходит быстро, как в случае с «Силой Сибири – 2», например.
«А вот убрать СПГ с европейского рынка, пока у них не закончился отопительный сезон, было бы логично. Это усугубит дефицит предложения на рынке и задерет цены вверх. Тогда Россия сможет заработать на этом за счет сохранения трубопроводных поставок газа.
За продажу газа по трубам платится экспортная пошлина, причем она составляет фактически 30% от рыночной цены. В отличие от СПГ, который не приносит бюджету ничего, так как там экспортная пошлина отменена. Поэтому есть смысл задрать рыночную цену в Европе, чтобы бюджет РФ получил дополнительные доходы от трубопроводных поставок. Меньше брать газа по трубам у нас все равно не станут, потому что наше предложение все равно останется наиболее выгодным на рынке. СПГ же ничего не приносит бюджету, так как все поставки идут с завода «Ямал СПГ», который на 12 лет получил налоговые льготы и не платит экспортную пошлину», – говорит Игорь Юшков, эксперт Фонда национальной энергетической безопасности и Финансового университета при правительстве РФ.
ЕС не случайно хочет принять запрет на импорт российского СПГ с 25 апреля, а потому что к этому моменту закончится отопительный сезон. Если Россия будет сама отключать поставки, то лучше сделать это раньше.
Что касается российского СПГ, то его вполне удастся перенаправить на азиатские рынки, но акционеры «Ямал СПГ», в числе которых европейская Total Energy, понесут дополнительные издержки. Если, конечно, Total не разрешат продавать этот газ как трейдеру третьим странам. Однако расходы на логистику в любом случае вырастут, так как транспортное плечо увеличится.
В последние годы весь газ с «Ямала СПГ» не случайно продавался именно на европейском рынке. Это было проще и выгоднее: транспортное плечо меньше, можно быстро и много доставлять СПГ и задорого продавать, говорит Юшков. Он поясняет, что поставки по Северному морскому пути в Китай имеют ледовые ограничения. С ноября-декабря по май движения по Севморпути в восточном направлении фактически нет из-за большой ледовой нагрузки. Пройти там можно только с атомными ледоколами, что делало доставку дорогой.
«Если сейчас заработает запрет, то, скорее всего, мы увидим более длинную логистику в зимний период. То есть СПГ по-прежнему будет идти на запад, только теперь будет обходить вокруг Европы, проходить дальше через Суэцкий канал и уходить в Азию, скорее всего, на рынок Индии. Зимой будет проще поставлять СПГ именно по такому маршруту и в Южную Азию», – говорит Юшков. А вот летом, когда будет открыта восточная часть Севморпути, СПГ можно будет отгружать прямо в Китай, нарастив годовые объемы поставок.
Если предположить, что Россия решит заранее запретить и трубопроводные поставки газа в ЕС, то речь может идти о посреднической схеме. Газпром будет продавать эти объемы турецким трейдерам, которые будут перепродавать наш газ европейцам, не исключает Юшков.
Между тем Европа, которая только вылезла из энергетического кризиса и начала восстанавливать потребление газа, снова в него погружается. Ближневосточный конфликт ударил сильнее всех среди потребителей именно по европейскому рынку. Проблемы с поставками катарского газа разогнали газовые цены в Европе на треть. В моменте газ стоил выше 800 долларов за тысячу кубометров. И хотя сейчас они немного снизились – до 675 долларов, это все равно самая высокая цена за последние три года, с января 2023 года.
Европа рискует столкнуться с ценовым шоком, сопоставимым с 2022 годом, когда котировки доходили до 3892 долларов за тысячу кубометров.
Европейские политики уже стали собираться и обсуждать методы борьбы с надвигающимся кризисом. Однако выбор у них невелик.
Председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен на саммите в Париже признала, что ЕС сделал большую ошибку, сильно сократив долю атомной генерации в энергобалансе Евросоюза, поскольку Европа не обладает собственными запасами нефти и газа в достаточном объеме. В 1990 году атомные станции обеспечивали треть всей электроэнергии в ЕС, тогда как сегодня этот показатель едва достигает 15%.
Эту ошибку быстро исправить не получится, потребуются огромные вложения в атомную энергетику. Она была серьезным подспорьем для газовой и угольной генерации. Теперь же вслед за ценами на газ растут спрос и цены на уголь, а далее в целом и стоимость электроэнергии.
При этом ЕК могла бы быстро и бескровно исправить стратегический просчет с российскими энергоресурсами – достаточно только политического решения.
«С точки зрения рынка газа самый простой способ был бы просто закупить у России больше газа. Уцелевшая ветка «Северного потока – 2» может дать 30 млрд кубометров газа в годовом выражении. Если решить вопрос с газопроводом «Ямал – Европа», это даст еще столько же.
Для этого всего лишь надо вернуть Газпрому его долю в операторе Europolgaz, тогда Россия снимет санкции. Вот уже 60 млрд кубов в годовом выражении. Но нынешний состав европейских политиков не согласится на это. Наоборот, комиссар по энергетике в прошлом году говорил, что даже когда конфликт на Украине закончится, они все равно должны закончить процесс отказа от российских энергоносителей», – отмечает эксперт ФНЭБ.
Однако ЕС сложно признать ошибку, ему проще ничего не делать и дать рынку сбалансироваться за счет снижения объемов потребления газа, как это уже было в предыдущие годы. «Пусть какие-то европейские предприятия закроются, сократят выпуск продукции, и рынок таким образом сбалансируется за счет снижения потребления. Только бы не обеспечивать дополнительное предложение на рынке за счет покупки больших объемов российского газа. Такова позиция ЕК», – заключает Юшков.
Эксперт считает, что высокие цены на газ, скорее всего, сохранятся в Европе в течение всего 2026 года. Во-первых, из-за холодной зимы европейцы изъяли из подземных хранилищ даже больше, чем закачали за весь прошлый год. Остатки газа в ПХГ к концу отопительного сезона в апреле будут еще меньше – значит, весь 2026 год надо будет закупать больше газа, чем планировалось. Значит, придется конкурировать за него с азиатским рынком и будет сохраняться высокая цена на протяжении всего года.
Теги:
Ближний Восток
,
цены на газ
,
Европа
,
поставки газа
