«Единая Россия» и фонд «Наша Правда» передали спецтехнику военнослужащим 24-й отдельной гвардейской бригады специального назначения на Донецком направлении.
Военнослужащим вручили снегоболотоходы, автомобиль УАЗ «Буханка», бронезащиту, ноутбуки, телевизоры, планшеты, комплексы корсетной брони «Брониеж», спецчехлы для винтовок и другое оборудование, передает РИА «Новости».
«Особая честь – самому передать нашим бойцам-героям то, что им поможет в выполнении боевых задач. Важно лично общаться, чтобы понимать реальные условия и потребности. Будем и дальше продолжать наше общее дело, ведь помощь фронту – наша самая приоритетная задача», – заявил руководитель проектов «Единой России», секретарь партийного Совета по инновационному и технологическому развитию Илья Медведев.
Руководитель Центрального исполкома «Единой России» Александр Сидякин отметил, что поддержка бойцов и их своевременное обеспечение всем необходимым напрямую влияет на выполнение боевых задач. Он также заявил, что бойцы 24-й бригады спецназа ведут бои за северо-западную часть Покровска и работают на одном из самых сложных участков фронта.
Полный запрет VPN и ответственность за его нарушение в Госдуме не обсуждались, заявил Горелкин, передает РИА «Новости».
Глава Минцифры Максут Шадаев заявлял, что ведомство не поддерживает идею введения административной ответственности за использование VPN.
До этого СМИ сообщали, что Минцифры якобы предложило ввести оплату для пользователей, превышающих лимит в 15 Гб международного трафика через VPN в месяц.
Каждый день можно слышать, как США и их союзник Израиль применяют в борьбе с Ираном те или иные новые виды вооружений, однако в регионе имеется еще один игрок. Не особенно выпячивая свое присутствие, он ищет решения для военных задач, которые вполне может использовать в будущем, и не исключено, что против России. Этим игроком является Франция.
Еще в начале марта Францию всполошило известие, что иранский беспилотник атаковал французскую базу в Абу-Даби на территории Объединенных Арабских Эмиратов. Речь идет о военно-морской базе Camp de la Paix (Камп-де-ля-Пэ, в переводе это что-то вроде «Мирного лагеря» или «Лагеря мира») недалеко от Ормузского пролива.
Французский военный портал Zone Militaire уточняет: из 689 дронов, которые на тот момент запустил Иран, в ОАЭ удалось перехватить 645. Тем не менее 44 достигли цели и «как минимум один» ударил по французской базе.
Результатом атаки иранского дрона стали лишь «материальные» повреждения, и, по словам министра иностранных дел Жана-Ноэля Барро, «нельзя быть уверенным в том, что целью была именно Франция». Мол, летел себе беспилотник и просто залетел не туда.
В состав «мирной» французской базы, помимо собственно военно-морской компоненты в Порт-Зайеде, входит тренировочный комплекс для операций в городской застройке и пустыне, расположенный в 50 км от Абу-Даби, и база ВВС № 104 в Аль-Дафре. На последней находятся силы ВВС ОАЭ, а также США. Франция также может держать в своем сегменте базы ВВС до шести самолетов (половина эскадрильи).
При этом военно-воздушный сегмент базы в Аль-Дафре загружен под завязку – там находятся как раз шесть «Рафалей» из истребительной эскадрильи «Прованс». Как уточнил Барро, французские истребители «Рафаль» были отправлены проводить «операции по обеспечению безопасности воздушного пространства над нашими базами и, следовательно, над ОАЭ». Министр дал понять, что Франция будет защищать свои интересы в регионе, своих граждан (то есть тех французов, которые там находятся) и своих союзников.
Иными словами, иранские дроны и представляют непосредственную опасность для французской военной базы в регионе, и дают Франции возможность помочь своим ближневосточным союзникам. Франция, связанная с ОАЭ соглашением, имеет право помогать последним «в случае возникновения угрозы безопасности, суверенитету, территориальной целостности и независимости государства Объединенные Арабские Эмираты».
И вот теперь начальник штаба сухопутных войск, генерал Пьер Шилль, рассказал, что на Ближний Восток для выполнения соответствующих задач были дополнительно отправлены четыре вертолета «Тигр», и не только они. Более того, генерал заявил, что французские военные «находятся там либо в рамках нашего действующего развертывания… в Объединенных Арабских Эмиратах, либо они специально направлены туда для работ по обнаружению беспилотников и для защиты от них в сотрудничестве с нашими партнерами».
Вертолеты, похоже, стали одним из ключевых элементов противодронного ПВО, которое сегодня испытывает Франция на Ближнем Востоке. Еще осенью прошлого года генерал-майор Патрик Жюстель предполагал, что
«вертолеты могут сыграть ключевую роль в борьбе с беспилотниками; это навык, который развивает французская легкая авиация, и необходимые для этого возможности уже существуют».
«Наш ударный вертолет Tigre («Тигр») с самого начала обладал возможностью использовать свою 30-мм пушку в режиме воздушного боя, и в настоящее время ведется подготовка пилотов для выполнения подобных задач», – добавлял генерал Давид Крюзий, командующий французской легкой авиацией. И вот теперь эта подготовка им пригодилась.
Как пишет Le Point, изначально «Тигр» был разработан «как истребитель танков для остановки российского бронетанкового наступления в Европе, но иногда использовался для охоты на беспилотники. Эта тактика широко применяется на Украине, где боевые вертолеты с гордостью демонстрируют десятки силуэтов беспилотников, нарисованных на фюзеляже, в честь каждой сбитой ими вражеской цели этого типа».
Тут стоит поправить: для остановки не российского, а советского наступления, ибо данные вертолеты – разработка еще 1980-х годов. Это не чисто французская, а общеевропейская машина. Но правдой является то, что российская армия действительно эффективно использует армейскую авиацию для борьбы с украинскими БПЛА, начиная с 2022 года. Теперь
французы берут пример с российских Вооруженных сил.
Там же, где вертолетных пушек оказывается недостаточно, французские вертолеты на Ближнем Востоке применяют ракеты «воздух-воздух» средней дальности Mica. Они, однако, являются крайне дорогостоящими по сравнению с ценой дешевых иранских БПЛА. Поэтому, как говорит генерал Пьер Шилль, «мы также ускоряем интеграцию ракет с лазерным наведением на "Тигры"» – генерал имеет в виду, что эти ракеты существенно дешевле, чем Mica. Французские военные сообщают, что именно ракеты с лазерным наведением, первоначально разработанные для поражения наземных целей, благодаря своей низкой стоимости стали основным оружием ВВС США против беспилотников на Ближнем Востоке.
Таким образом, война с Ираном стала для Франции еще одним поводом проверить в реальных военных условиях, что именно лучше всего работает в современной войне против беспилотников. Уже упомянутый портал Zone Militaire сообщил, что французские истребители за две недели войны «сбили десятки дронов и ракет», но при этом пришлось вызывать подкрепление – еще шесть истребителей из 4-й эскадрильи, которая базируется в Сен-Дизье.
Экипажам пришлось постоянно держаться начеку, как заметил генерал Марк Ле Буиль, так как «иранская тактика постоянно меняется… В какой-то момент они могут сразу запускать 10 ракет, а через три часа вдвое больше или вдвое меньше».
Помимо самолетов и вертолетов, французы стали экспериментировать и с совершенно новым оружием – БПЛА-перехватчиками. «Некоторые модели кажутся эффективными, в то время как другие слишком сложны в управлении», – признается генерал Шилль. Беспилотные перехватчики – самое свежее изобретение систем ПВО по борьбе с беспилотниками, и именно их пытался не так давно продать Саудовской Аравии глава киевского режима Владимир Зеленский.
Франция уже признавалась, что – как и остальные страны Запада – извлекает бесценный военный опыт из конфликта на Украине. Несомненно, точно так же во Франции относятся и к войне на Ближнем Востоке: как к материалу, из которого можно извлечь для себя выводы, чтобы не быть застигнутыми врасплох в будущих столкновениях. Или как к опыту, который позволит в будущем напасть на кого-нибудь – под предлогом предотвращения некой угрозы. Например, той, которую Европа провозглашает самой серьезной – «российской агрессии».
Теги: Франция , Ближний Восток , военные базы , война с Ираном
Резкий разворот части израильской молодежи к вере и религиозным ритуалам описывает Bloomberg.
Молодые люди, пережившие атаку ХАМАС 7 октября 2023 года и последующую войну, все чаще говорят, что спасти их может только Бог; эта формула звучит в словах подростков как «Only God».
По одному из опросов, треть граждан Израиля младше 25 лет за последние два года усилила религиозные практики и при этом сместилась к правым политическим взглядам.
Лицом этой тенденции стал 18-летний Орель Малик из пригорода Тель-Авива. В его школе вспыхнул скандал из-за стола с тфилин, который он поставил в коридоре и призывал одноклассников молиться в перерывах между уроками. Когда директор забрал тфилин, Малик записал видео конфликта, вывел историю в медиа, после чего у школы прошли митинги, а самого юношу пригласили в кнессет на обсуждение законопроекта о праве школьников использовать тфилин.
Малик, выросший в нерелигиозной семье, объясняет, что переломом для него стал день, когда боевики ХАМАС прорвали оборону и убили или захватили более 1,4 тыс. израильтян. По его словам, провал армии и государства он воспринял как послание свыше и решил посвятить себя распространению религиозного послания. Новая война с Ираном, начавшаяся в феврале, и усиленные удары по «Хезболле» молодой активист называет продолжением той же битвы и утверждает, что ХАМАС является «иранским щупальцем».
Религиозное пробуждение заметно даже в традиционно светском Тель-Авиве, где подростки все чаще выбирают уроки Торы и групповые молитвы вместо привычных развлечений. Психолог Дорит Гатт, работающая с тинейджерами на севере города, пересказывает их настроения: они боятся возобновления ракетных ударов и уверены, что реальную защиту дает только Бог. Родители обсуждают в чатах, что заявленные футбольные матчи на деле оказываются религиозными собраниями.
Смещение молодежи вправо усиливает и без того религиозно-националистический крен израильской политики. Правительство Биньямина Нетаньяху, пришедшее к власти в конце 2022 года, уже называют самым правым и религиозным в истории страны, а популярность премьера, по данным опросов, сохраняется несмотря на критику за провал 7 октября и затяжную войну. Сам Малик, получивший право голоса, заявляет, что рассматривает только правые партии, потому что, по его мнению, левый лагерь настроен против религии.
Религиозный подъем, описанный изданием, тесно связан с демографией: более половины граждан Израиля сегодня относят себя к верующим, традиционалистам или ультраортодоксам. Впервые за 78 лет существования государства в религиозных школах оказалось больше первоклассников, чем в светских. Рост влияния ортодоксальных и национал-религиозных сил сопровождается расширением еврейских поселений на Западном берегу, где уже живут около 600 тыс. поселенцев и примерно 3 млн палестинцев под военным контролем Израиля.
Такой курс усиливает трения между Израилем и еврейской диаспорой в США, где большинство евреев придерживаются либеральных и в основном светских взглядов и выступают против политики заселения Западного берега. Дополнительный удар приходится на технологический сектор, обеспечивающий около 60% израильского экспорта: десятки тысяч специалистов и предпринимателей уже уехали в Нью-Йорк, Берлин или Торонто, не желая жить под популистским правительством и отправлять детей в армию, ведущую войны, с которыми они не согласны. Экономист Дэн Бен-Давид предупреждает, что массовый исход ключевых кадров может отбросить Израиль от развитого мира, а возвращение окажется крайне сложным.
Особое место в этой духовной мобилизации занимают пережившие атаку 7 октября – выжившие и бывшие заложники. Всего боевики ХАМАС увезли в Газу 251 человека; часть освободили в первые месяцы, другие провели в подземных туннелях более двух лет, многие погибли. Солдат Агам Бергер, 21 год, которую держали в плену 482 дня, рассказывала, что в семье не соблюдали кашрут и субботу, но в заточении она отказалась от редких консервированных сосисок, так как они были некошерными, и постилась на Йом-Кипур, тогда как ее родственники усилили религиозность дома, надеясь молитвами уберечь дочь.
Похожую историю рассказывает Ноа Атияс, 29 лет, выжившая на фестивале Nova в нескольких километрах от границы с Газой, где боевики ХАМАС застрелили 378 участников. Прячась в кустах под обстрелом, она пообещала, что после спасения станет соблюдать шаббат, и сейчас вместе с мужем, выросшими в светских семьях, следует религиозным нормам и находит утешение в ритуале. По ее словам, после гибели друзей супруги отказались от прежней жизни вечеринок, перестали курить по субботам и стараются «замедлиться и найти свет и силу».
Религиозный подъем заметен и в армии: кадры, как израильские солдаты, стоя плечом к плечу, поют молитву-гимн Ani Ma’amin у могилы последнего обнаруженного заложника, разошлись по соцсетям. Журналистка Сиван Рахав-Меир говорит, что истинный итог 7 октября – «евреи стали более еврейскими» и массово возвращаются к традиции, тогда как еще два десятилетия назад религиозная молодежь оставалась в меньшинстве. По оценке авторов материала, на глазах меняется сам характер сионизма, который был задуман как светский национальный проект, но сегодня все заметнее приобретает ортодоксальные черты.